В 1996 году государство потратило на всю культуру России 0,83% федерального бюджета. Меньше процента. Для сравнения: закон требовал 2%. Но этот норматив — принятый в 1992 году с большой помпой — не выполнили ни разу. Ни в 1993-м. Ни в 1994-м. Ни тогда, когда кино, театры, библиотеки и музеи отчаянно нуждались в деньгах.
Цифра 0,83% — не абстрактная статистика из учебника. За ней стоят закрытые дома культуры, невыплаченные зарплаты актёрам, библиотеки без новых книг и музеи без отопления. Кинопроизводство рухнуло с 300 фильмов в 1990 году до примерно 150 в 1993–1995-м. Кинотеатры превращались в мебельные салоны и казино — посещаемость упала до двух билетов на человека в год. Вакуум заполнили пиратские видеокассеты: 50 миллионов экземпляров ежегодно.
Траектория падения была стремительной. В 1995 году финансирование культуры сократили на 40% относительно 1994-го. Не «оптимизировали» и не «перераспределили» — просто урезали. В 1996-м урезали ещё на 43% — уже от урезанного. Фактически в 1996 году культура получила 42% от запланированных средств. К 1998 году реальные расходы на культуру снизились в 2,2 раза по сравнению с началом десятилетия. К 2000-му доля культуры в бюджете сжалась до 0,55% — и это уже не шокирует, потому что после 0,83% разница в 0,28 процентных пункта — чистая арифметика распада.
«Я приглашаю в свои фильмы только тех, кого люблю», — говорил Астрахан. В переводе с режиссёрского на бухгалтерский: «Я приглашаю только тех, кто согласится работать не за деньги».
И вот в этом контексте — не «вопреки», а почти назло — Дмитрий Астрахан снимает «Всё будет хорошо». Без павильонов: реальное общежитие, реальная грязь, реальный свет — потому что декорации стоят денег, а денег не было. Без звёздных гонораров: Михаил Ульянов, Александр Збруев, Александр Калягин — актёры первого эшелона — соглашались на символические суммы из уважения к режиссёру и материалу. С превышением бюджета, который режиссёр покрыл из собственного кармана.
Астраханский метод работы в условиях 0,83% бюджета на культуру — это не художественный приём, а экономическая необходимость. Когда государство уходит из культуры, режиссёр становится продюсером, бухгалтером и спонсором в одном лице. И либо ты снимаешь кино на свои — либо не снимаешь вообще.
Фильм вышел. Не просто вышел — стал народным. Сегодня у него рейтинг 7,961 на Кинопоиске при 57 418 голосах, и 89,5% зрительских отзывов — позитивные. Как напишет исследователь Шумов спустя тридцать лет (2025), Астрахан создал «не только художественную фиксацию постсоветской реальности, но и важный этический документ времени».
Государство не профинансировало культуру. Но культура случилась. Не благодаря. Вопреки.