В январе 2021 года, в первый день нового года, от COVID-19 умер Олег Данилов — сценарист, написавший все значительные фильмы Дмитрия Астрахана. Ему было 73. На столе остался последний сценарий — идейное продолжение «Всё будет хорошо». Фильма, название которого стало афоризмом для целого поколения. С тех пор Астрахан повторяет одну фразу: «У меня человеческий долг перед Олегом, и я должен сделать этот фильм».
Речь не о прямом сиквеле с теми же персонажами. Коля Орлов не вернётся из Америки повзрослевшим челноком. Петя Смирнов не напишет новых стихов. Дедушка не скажет ещё одну мудрую фразу. Астрахан говорит об идейном продолжении — фильме, который развивает нравственные и социальные вопросы картины 1995 года в новом историческом контексте. О чём именно этот сценарий — неизвестно. Данилов унёс детали с собой.
Тандем Астрахан–Данилов длился 36 лет. Данилов был драматургической конструкцией — «сочетание спонтанного порыва и логики», по словам режиссёра. Астрахан — режиссёрской реализацией и работой с актёрами. Принцип Данилова: «у него нет злодеев, за каждым персонажем своя правда». Именно этот принцип дал фильму его уникальную интонацию — не осуждающую, а понимающую. Повторить такое без Данилова — задача, выходящая за пределы обычного сиквела. Это вопрос не техники, а этики.
«У меня человеческий долг перед Олегом, и я должен сделать этот фильм. Кроме того, мне очень нравится сама история» — Дмитрий Астрахан, интервью порталу «Вокруг ТВ».
После смерти соавтора Астрахан остался один на один с материалом, который они должны были делать вместе. Ситуация уникальная для российского кино: сиквел через 30 лет после оригинала, по сценарию покойного автора, как акт исполнения личного долга. Ни бюджет, ни сроки, ни каст не объявлены. Статус проекта на 2025 год остаётся неопределённым. Но сам факт его существования говорит о главном: для Астрахана «Всё будет хорошо» — не закрытая страница.
Если сиквел состоится — это будет достойный эпилог к фильму, который смотрят уже три десятилетия. Если нет — ещё одно свидетельство невосполнимости утраты. В любом случае, сам факт что режиссёр говорит «я должен», а не «я хочу» — редкая вещь в индустрии. Долг перед умершим другом — не маркетинговая стратегия. Это личное. И в этом — весь Астрахан.